Сегодня, 7 ноября, вся страна отмечает 109-ю годовщину Октябрьской революции, которая произошла по старому стилю 25 октября 1917 года. Этот исторический момент, безусловно, не обошел стороной и территорию нынешней Ивановской области. Как отреагировали местные жители на свержение монархии? Какие силы пытались удержать власть и почему большевикам не понадобилось применять оружие для достижения своих целей? На эти вопросы ответил директор Государственного архива Ивановской области, кандидат исторических наук Александр Семененко в беседе с Сетевым изданием Ивановские новости.
Александр Михайлович отметил, что события 1917 года стали переломным моментом, когда старая система рухнула, а новая долго пыталась наладить управление народным хозяйством. В то время Ивановская область была частью Владимирской губернии, и местные процессы имели свои уникальные и драматичные особенности.
Первая информация о свержении царя пришла в Иваново-Вознесенск вечером 1 марта. Несмотря на попытки власти скрыть новости, информация быстро разошлась по городу. Уже на следующий день предприятия остановились, а на площади перед городской управой собрался многотысячный митинг.
«Разгоряченные ивановцы начали отлавливать полицейских по всему городу. Их связывали, сажали в бочки и подвешивали на фонарях на Рождественской улице (сейчас это улица Красной Армии). Лишь после наступления темноты родственники смогли снять замерзших и перепуганных бывших служителей закона», — рассказал директор архива.
С падением самодержавия с восторгом встретили меценаты Бурылины, однако вскоре этот восторг сменился горьким разочарованием. После прихода к власти большевиков Дмитрий Бурылин лишился своих фабрик и музея. Он писал в горсовет с просьбой оставить семье хотя бы по одной кровати и стулу. Почётного гражданина города Николая Бурылина выставили из родного дома, и его жене при выселении разрешили взять с собой лишь одно платье.
После Февраля в городе установилось то, что Ленин называл «двоевластием», а на деле это стало троевластием. Параллельно работали Совет, Комитет общественной безопасности (КОБ) и старая городская дума. Ситуация «двоевластия» фактически означала безвластие, и каждая из властей пыталась найти выход из создавшегося тупика. «Важно отметить, что дестабилизация законной власти и развал системы управления — это следствие любой революции», — поясняет Александр Семененко.
Пока оппоненты спорили, большевики в Иваново-Вознесенске действовали хитро. В августе 1917 года на выборах в городскую думу они добились включения в черту города рабочих предместий (таких как Фряньково и Глинищево), которые их поддерживали. В итоге большевики получили 58 из 102 мест, фактически власть в городе перешла к ним еще до Октября.
«21 октября в крае началась массовая забастовка, охватившая около 300 тысяч рабочих Иваново-Вознесенска, Шуи, Кинешмы и Родников. Руководил ею Михаил Фрунзе. А когда 25 октября из Петрограда пришла весть о победе восстания, городской Совет уже был готов. Штаб мгновенно взял под контроль телефон и телеграф, расставил вооруженные караулы. Власть перешла мирно, без единого выстрела», — подчеркивает эксперт.
Интересно, что сигналом к началу Октябрьской революции стал холостой залп с крейсера «Аврора», который отдал наш земляк, уроженец деревни Клетнево Шуйского района Александр Белышев. В тот момент исполняющим обязанности министра-председателя Временного правительства был фабрикант из Вичуги Александр Коновалов. В Шуе власть также сменилась без крови.
Фрунзе позднее вспоминал: «Разумеется, переворот в Шуе произошёл без пролития крови, без единого выстрела». 20 июня 1918 года на карте появилась Иваново-Вознесенская губерния, которую вскоре стали называть «красной». Начались национализация, продразверстка и Гражданская война. Из-за нехватки хлопка и топлива текстильные фабрики встали, а нормы снабжения хлебом в городах упали до 50 граммов в день.
«Эйфория Февраля через полгода трансформировалась в новую революцию. Многие, кто инициировал февральский переворот, вскоре были вынуждены покинуть Россию», — резюмировал Александр Михайлович. — Фридрих Энгельс писал, что люди, хвалившиеся тем, что сделали революцию, всегда убеждались, что не знали, что делали. Будем надеяться, что урок Февраля всё-таки выучен.